Цель проекта

Представьте себе дипломата прошлых веков: строгий сюртук, гусиное перо и толстые фолианты договоров. Именно такой — формальной, бюрократической, медленной — была классическая дипломатия на протяжении столетий. Но мир ускорился и стал сложнее. Вместе с ним эволюционировала и дипломатия, всё же оставаясь ключевым инструментом международного взаимодействия. И трансформация эта оставила и продолжает оставлять ярчайший след в языке. Сегодня мы уже не удивляемся таким номинациям, как «твиттер-дипломатия» или «кибердипломатия». Скандалы и санкции породили фриковую и мегафонную дипломатию. Этот проект посвящен удивительному лингвистическому феномену — тому, как язык осмысляет сложнейшие международные реалии.

5 моделей номинаций

И осмысляет язык международные реалии не хаотично, а определённым образом, укладываясь в пять устойчивых моделей:

• 1) прилагательное + «дипломатия»,
• 2) «дипломатия» + существительное в родительном падеже,
• 3) сложное существительное с дефисом,
• 4) приставочный способ или сложение основ с сокращением,
• 5) сочетания из трёх и более слов.

Метафоры

Отдельный пласт нашего исследования — метафоры. Именно они превращают дипломатию из абстрактной процедуры в осязаемое действие. Стая с альфа-волком во главе превращается в дипломатический корпус («дипломатия боевых волков»), стрельба ковбоя — в бесконечные пакеты санкций («ковбойская дипломатия»), а непредсказуемый эпатаж фрика — в слом протокола и отказ от привычной логики («фриковая дипломатия»). Методология исследования подобных метафор базируется на теории концептуальной метафоры Дж. Лакоффа и М. Джонсона, а также на подходах к анализу метафоры, разработанных Н.Д. Арутюновой, Л.О. Чернейко и Е.М. Вольф.